Свидетельство Педро. Эквадор

(Он провёл в Новом Акрополе 5 лет. Вступил в 16 лет и принадлежал к Корпусу безопасности.)

Я познакомился с Новым Акрополем в октябре или ноябре 1996 года по рекомендации одного из учителей средней школы, который посоветовал нам посетить лекции, проходившие в местном отделении. Они показались мне интересными, и я решил записаться на курс, который называют пробационизмом. В то время пробационизм длился примерно 3 месяца, хотя по ряду причин, которые здесь не уместно обсуждать, этот срок растянулся до мая 1997 года. Будучи ещё подростком, меня распределили в курс, где было больше ребят моего возраста. Воодушевлённый занятиями, я остался членом, а почти через два года меня «пригласили» стать членом Живых сил (предварительное и необходимое требование для того, чтобы быть инструктором).

Янос (молодые акропольцы) подгоняли нас становиться инструкторами и входить в Живые силы, потому что в тот момент произошёл своего рода раскол и «отток членов», и требовалось заменить ушедших.

Мне пришлось пройти «подготовку» примерно год, и в конце проводят четыре испытания. Сначала я шёл босиком от штаба до реки (примерно 2 км) около 20:00. Мне пришлось перейти, держась за перила моста снаружи сначала обеими руками, а потом одной рукой. Мне пришлось пройти участок по реке, которая была немного разлившейся. Наконец, перед символом Корпуса безопасности разожгли огонь в кадильнице, и я должен был вынуть символ, который бросили в огонь. Как я узнал позже, мне специально усложнили задачу, потому что по сравнению с «испытаниями» тех, кто проходил до меня, мне досталось значительно серьёзнее.

В общем, я прошёл пробационизм Живых сил и вошёл в столь «желаемый» внутренний круг. Я принадлежал к Корпусу безопасности (КС) или к так называемым «чёрным рубашкам». Встречи всегда начинались с известного нацистского приветствия и произнесения «ave». Униформа КС была полностью чёрной: рубашка, брюки и обувь, короткая причёска в «мужском» стиле и красная повязка с египетским картушем, содержащим молнию и букву S. Мужские или рабочие бригады (BM) носили форму цвета хаки. Одно, что постоянно твердили внутри, — это что Гитлер потерпел поражение лишь потому, что его консультировали чёрные маги, но идеи такого рода якобы очень хороши.

Поощрялось и считалось положительным, если ты учился обращаться с оружием всех видов. Я занимался некоторыми боевыми искусствами (дисциплиной, придуманной ими, под названием Nei Kung Do) и мне постоянно повторяли, что чёрный пояс и член Живых сил не должны бояться убивать.

Помню анекдот про экзамен на чёрный пояс в школе боевых искусств Бодхидхармы. Поскольку студентов было мало, заставили идти в качестве соперников бойцов из Корпуса безопасности для испытаний. Один из сдававших в итоге получил перелом челюсти, потому что бои были жёсткие, «по-настоящему», без ограничений. От боли он попросил разрешение сходить в туалет, но ему приказали остаться, иначе он бы не сдал экзамен.

Непрерывная работа и физическое, эмоциональное и экономическое истощение

Я сразу попал в «секретариат работы», эвфемизм для обозначения бесплатной рабочей силы для задач по уборке и обслуживанию штаба. Через несколько месяцев я стал «секретарём пропаганды» с тремя подчинёнными. Мы занимались раздачей бюллетеней, расклейкой плакатов и раздачей приглашений. Параллельно мне приходилось вести занятия, давать ежемесячную лекцию и нести эти самые «дежурства» (которые в основном сводились к тому, чтобы всю ночь находиться в штабе без сна).

Моя рутина начиналась в 9 утра и заканчивалась в 1 часа ночи следующего дня: приём посетителей, затем пропагандистская работа, потом обед (примерно в 13:00) и я возвращался в штаб на уборку и подготовку занятий, иногда — подготовку зала для конференций; если у меня была лекция (в 18:00), я её проводил и сразу после этого должен был вести занятия три часа, затем была встреча секретариата пропаганды с членами и между приёмом пищи, идеологическим подкреплением (промыванием мозгов) и работой по расклейке плакатов, раздаче приглашений и т. п. я добирался до дома только на следующий день.

Через некоторое время, будучи ЖС и инструктором, мне представилась возможность читать лекции в соседнем городе. В порыве желания казаться полезным и помогать «идеалу» я согласился вести это направление, пока там не появится акрополец, который сможет посвятить этому городу 100% времени (серьёзная ошибка).

На еженедельных «совещаниях» тебе вбивали в голову, что ты должен привозить новых членов, как будто речь идёт об евангелизации «дикарей». Тебя постоянно тянули фразой «докажи мне членами», поэтому если у тебя есть мнение и ты не привёл членов, тебя просто не воспринимают.

Тебя манипулировали так, чтобы ты всегда ставил идеал выше своей личной и семейной жизни. Настойчиво внушали, что если ты предпочитаешь пойти на вечеринку, а не на занятия, то ты «слабак», и тебе рассказывают анекдоты (неподдающиеся проверке) об акропольцах, которые шли 60 км всю ночь, чтобы успеть на занятия из‑за того, что не успели на автобус, и после ночного перехода затем весь день вели занятия.

Каждый раз требовали дополнительную плату по разным причинам — то для сайта, то на приезд «высшего руководства», то на бесчисленные встречи в других городах, на которые тебя обязовали ехать... Тебе ненавязчиво предлагали покупать книги и журналы типографии Нового Акрополя Испания; когда же в моду вошли коммерческие секты типа Oriflame и Herbalife, национальное командование L.S. вляпалось в одну из них, и местные руководители рекомендовали членам вступать в эти бизнесы, чтобы «помогать» национальному командованию.

Тебе всегда скажут, что штабу нужны деньги, и всегда предложат заняться каким‑то нетрадиционным и порой абсурдным бизнесом, чтобы вытянуть с тебя деньги. Многие «ретриты» подаются под видом занятий по «досократикам» или «стоикам», но за это берут деньги, и, разумеется, их ведёт только национальное командование. В Эквадоре национальное командование L.S. постоянно организовывало «культурные» поездки в Египет, и многие члены Нового Акрополя в итоге платили за эти туры, поскольку их продавали как «особенный» опыт, где тебя будет сопровождать кто‑то, «много знающий о эзотерической части Египта».

Когда была какая‑то публичная встреча или мероприятие вне города, тебя назначали присматривать за одним из руководителей, и ты должен был быть готов выполнить любую его просьбу или нужду. Если у него были проблемы с ходьбой — ты становился его тростью, если ему захотелось Coca‑Cola — ты её покупал. Лидера не просили разрешения, ему просто покупали.

Требования ежемесячных платежей и все дополнительные взносы за прочие мероприятия стали подрывать экономику человека, который только что окончил среднюю школу и пытался устроиться в университете. Весь мой мир начал вращаться вокруг Нового Акрополя. Все мои друзья были там. Снаружи у меня почти ничего не осталось.

Контроль личной жизни и двойная мораль

В Новом Акрополе тебе говорят, что можно и что нельзя читать, как одеваться, как думать, как реагировать и даже какую музыку слушать. Прямое чтение книг Блаватской практически считалось грехом. И это становится ясно только тогда, когда начинаешь читать теоретические источники непосредственно. Они постоянно говорят о теософии, но всё проходит через «акропольский фильтр». Более того, если тебе случайно придёт в голову упомянуть или прочитать что‑то Кришнамурти, тебя берут под наблюдение, поскольку Кришнамурти, воспитанный и сформированный в недрах Теософского общества, в конце концов закрыл школу, которой он был назначен руководителем, поняв, что путь каждого человека уникален и не нуждается в цепях других для развития. Они боятся индивидуальности.

Существует абсолютный контроль над всеми сферами твоей жизни. Например, внутри Живых сил романтические отношения регулируются довольно строго. Каждую неделю проводились ролевые собрания (одно — «джентльменов», другое — «дам»), и на этих собраниях ты должен был официально объявить, если у тебя есть отношения с акропольцем. Всем требовали формальности и серьёзности в таких случаях. Однако были люди, которые имели определённые поблажки и могли пренебрегать этими ценностями или принципами.

Так случилось, что одна пара из ЖС, примерно моего возраста, в итоге ждала ребёнка. Этот мужчина трижды официально объявлял о намерении жениться, для него дважды устраивали мальчишники, а он так и не женился. Помню, как в первый раз, когда они пошли в загс, вернулись с историей, что он закрыт (позже мы узнали, что он заставил девушку солгать). Тем не менее вскоре после этого этого мужчину поставили во главе Корпуса безопасности. В сообществе, которое постоянно учит тебя чести, правде, этике и ценностям, поставить во главе человека, который, возможно, всяко был далёк от образца добродетели, — странно. В глазах почти всех в отделении он остался как подлец, играющий с девушкой, и даже несмотря на это его статус не снижали.

Тот же начальник филиала (P.C.), когда у него были супружеские проблемы, вёл себя очень оживлённо и интересовался одной из участниц. У P.C. были проблемы с женой, но он начал «искать» утешение у участницы вплоть до того, что заговорил о браке. Следует заметить, что при необходимости тебе внушают мысль, что «здесь женятся и разводятся, и ничего не происходит», поскольку главное — идеал и верность руководству, как бы «хитро» оно ни было.

Цель упоминания этих событий — показать двойные стандарты и двойную мораль, которые применяются во всём.

В конечном счёте, в Новом Акрополе есть только два пути продвижения: либо ты полностью покорен и делаешь всё, что тебе говорят, либо у тебя есть деньги либо социальное и политическое влияние. Помню, как национальный директор и директор другого города буквально бросались за парнем, который был племянником политика и предпринимателя, и хотя он не мог посещать занятия, ему предоставляли «обучение» заочно, в надежде использовать в будущем его связи. До недавнего времени они пытались пробиться в национальную и местную политику, но, по моему мнению, не смогли добиться спонсорства какой‑то партии; тем не менее они будут продолжать искать и пытаться. Надо отметить, что один из высших руководителей в итоге сбежал, ибо из‑за экономической (а возможно и политической) алчности оказался замешан в деле о коррупции при отборе персонала для полиции; его вывезли и прятали в Чили.

Как я вышел из Нового Акрополя

Дружеские связи начали разрушаться. Между членами ЖС возникли трения. Я решил уехать из страны по личным причинам и столкнулся с валом критики и упрёков, ведь по словам национального директора, я не мог «так просто уйти», бросив всё. Там я увидел истинное лицо руководителей, которые меняются, когда не могут тебя контролировать. В общем, я уехал, мои проекты не сработали, и я вернулся в страну. Я больше никогда не возвращался в Новый Акрополь.

Я провёл в этом месте пять лет. Психологическая манипуляция, которой тебя подвергают, настолько тонка, что ты осознаёшь её лишь тогда, когда пытаешься жить вне рамок «акропольского идеала». Люди, исполняющие роль руководителей, могут иметь все возможные информационные ресурсы и титулы, но морально и этически они — монстры; они доходят до того, что заставляют тебя верить, будто все беды происходят по твоей вине, могут быть настолько подлыми, что пытаются использовать твою семью, чтобы манипулировать тобой. Акропольские «дружбы» в итоге оказываются просто шпионами «командования» (директора, начальника и т. п.) ближайшего уровня.

Они стремятся управлять твоей общественной жизнью, твоим питанием, твоими чтениями, твоими финансами.

За эти более чем 20 лет вдали от Нового Акрополя несколько раз пытались «вернуть» меня обратно. Печально то, что я ещё верил, будто люди, которые искали меня, делали это из дружбы. Я никогда не собирался возвращаться, и тем более после того, как по стечению обстоятельств узнал, что им поставили задачу вернуть старых членов, поскольку у них были проблемы с привлечением новых.

Возможно, моё свидетельство не драматично, тем не менее я узнаю в нём многое из того, о чём рассказывают другие бывшие члены, и уверен, что они говорят правду.

Педро, март 2025